(no subject)

Что-то очень меня взволновал в День Рождения вопрос - а как я стал лучше за последних 10 лет? 

Ну хоть по какой -то шкале я стал лучше?
Может быть там у меня бесценное духовное развитие происходит?
Или, может быть,  самосовершенствование? 

То есть совершенно очевидны для меня места, в которых я за последние 10 лет стал хуже.
Кроме физического распада я с каждым годом становлюсь почему-то беднее и все менее способнее к заработкам. Ну вот просто меня не тянет уже какую-то работу за деньги делать, если лично я в ней не вижу никакого прикола .
Я хуже переношу алкоголь, да и какого-то юнешеского прикола бухать уже, признаться, нет.
Есть только непереносимая пизданутость бытия, которая без алкоголя становится какой-то совсем уж мрачной и беспросветной.
А большого прикола пить уже нет- нет ни каких-то ценных общений за бокалом или рюмкой. Все эти общения гораздо ценнее уже просто за чаем пуэр или там за кофе. Хотя бы уже потому, что помнишь много больше.
Нет какого-то особенного драйва в бухле. То есть его хватает на какое-то достаточно продолжительно время до пьянки, а вот уже когда прошел момент волшебного предвосхищения, уже когда выпил и прошло минут 5-10 и первых три рюмахи- уже как бы вся движуха основная и закончилась.
Тут, как мне представляется, даже есть какая-то параллель с сексом немолодых супругов.
То есть, если они до самого проникновения ещё чего-то хотят, то после того, как случилось волшебное воссоединение и прошли первые условно страстные фрикции, наступает какая-то работа, которую просто уже нужно закончить (  про немолодых супругов  мне рассказал друг, вы его не знаете).
И вот точно также ты уж если начал бухать, то эту работу нужно будет закончить. Нет, даже не сегодня. А может быть даже и не завтра, чем плавнее выход, тем ниже риски какого-то помрачения.
Вопрос "зачем это всё начинать" уже набил оскомину и нет на него ответа на этот вопрос. Вернее он есть только в одном и звучит приблизительно так "жизнь твоя пуста, игемон". Причем раньше я верил в то, всё я знаю про смыслы, что нет никаких смыслов кроме тех, что вложил, а теперь есть огромные сомнения- ценность сделанного, смысл сделанного все больше и больше измеряется только деньгами, которые за это сделанное "всплыли".
Конечно, отчасти так было и раньше, принес пользу людям, люди тебе за это принесли пользу - дали обувь, чтобы ты не сбивал ног в дороге и хлеба дали, раз ты сам растить не умеешь, а умеешь тест- кейсы, к примеру, писать.
Но что делать, когда кроме тест -кейсов уже не осталось почти полезной, нужной работы людям? Ответ собственно один- тоже идти и писать тест- кейсы. И вот тогда приходит неизбежная мысль, с которой я начал- а что это я такое улучшаю, что делаю лучше в мире вокруг или в самом себе в последние годы?
А выходит, что и ничего.

Какой-то особенной светлости души, просветления, я не приобрел, это совершенно точно. Любить не научился как-то мощнее или просто правильнее, я понимаю что в 28 это, скорее, гармоны, нежели любовь, но я уже признаться вообще сомневаюсь в какой-то любви вот такой вот прям Любви, которую Иешуа Га Ноцри проповедовал, например.  Да, я много меньше сейчас ненавижу окружающих, но я склонен считать, что это просто оттого, что я с ними почти перестал коммуницировать- с теми, с кем коммуницировать мне неитересно.
Это всё тем более странно и тем более подозрительно, что тенденция 38 лет vs 48 лет- она представляется только ещё более отвратительной, ещё более противной по причинам, которые совершенно очевидны.
То есть сейчас совершенно точно нужно вставать и что-то такое в себе улучшать так, чтобы компенсировать хотя бы свой физический распад.
Многие это понимают на подсознанке и после сорока идут в церковь или в ашрам отбелять душу,  ближнему помогать изо всех сил, последние рубахи снимать, в эзотерической литературе разбираться.
Я же что могу? Наверно, я могу только написать в конце концов что-то такое, чтоб сказали "ну да. Это от души. Не зря он все-таки топтался по земле последних 10 лет".
Нц вот наверно-  я совершенно точно стал лучше писать за последних десять лет, грамотнее, более связно и в целом интереснее, ближе к людям.
И даже вы знаете есть, есть  обективных подтверждений этому, миллион, у меня просто были наверно другие ожидания.
  А ожидания были такой мощи, что сейча одно сплошное недоумение- отчего не носят на руках в пароксизме поклонения или там хотя бы бесплатным обедом никто не накормит, когда деньги закончились совершенно.
Вернее, сейчас ещё кормят меня бесплатным обедом, чего я прибедняюсь.
Но к сорока восьми ведь закончат.

То есть если возвращаться к вопоросу "что же это я такое улучшил в себе за 10 последних лет", то ответ как будто стал для меня очевиднее после этого поста . Но какого-то понимания, надо ли мне в следующие 10ть лет продолжать это улучшать или будет более уместно, к примеру, в медбратья поступить и там приносить пользу обществу- ответа на этот вопрос у меня нет.
 А можно никакого улучшения писательских способностей не пытаться делать и медбратом не становиться, можно пойти и тест-кейсы научиться писать.  К чем меня судьба разлучница склоняет последних несколько месяцев
Выдержу ли только.
Там же совсем один беспросвет, кажется.
На перспективу улучшения чего -то там во мне от 38 до 48 лет.
Зато обеды бесплатные ни от кого нужны не будут.
Уже хлеб.
Tags:

(no subject)

Иногда хочется быть невыносимо полезным. Сегодня с этой целью пришла в голову строчка из песни Пугачевой:
"А знаешь, ничо уж не будет ", там дальше было про южный ветер, я бросился было менять и "южный ветер", а потом думаю такой- ну разве же это польза? Ну разве же все итак не понимают, чьто в какой-то момент "Ты знаешь, всё ещё будет" превращается в "Ты знаешь, ничо уж не будет"?
Все знают, кому 35+, мне кажется.
И не стал досочинять.
Нечего тоску разводить дополнительно.
Итак все понятно.
Пока не выпьешь, никакого тебе "всё ещё будет" не настанет.
Вот когда выпил-  дело другое, тогда существование обретает смысл и наполненность.
Тогда получается, что не зря всё вот этот вот, нет никакой обесценки прожитого дня, да что там дня, десятка лет, ты вот ещё балычька передай, и наливай уже, всосали уже предыдущую, кажется.

И все эти рассуждения о том, что де настроение своё из будущего крадешь, что в мир  иллюзий  перемещаешься - все это как то меркнет.
Ну перемещаешься, так весь мир, похоже, одна большая иллюзия. Какая, собственно разница, твоя она личная или там в массовом сознании произрастает.
Мне вообще недавно сказали, что это наш геном размножается, а мы так, приложение к геному*. Передал свой геном дальше, молодец, пошел нахуй. Теперь Вселенной есть дело только до того, кто ещё не передал, да и то, лет там пока этому, который не передал, 35-40 не исполнится. Потом если не передал- в отбраковку просто выбрасывают. Не получилос.

Про геном это ведь тоже иллюзия, которая в разряд эталонного метра не перешла ещё, хоть в эту иллюзию многие биологи (да и люди ноуки в целом) верят. И я даже книгу по этой теме попытался осилить, но больно там мудрено профессор все излагает, не надо оно мне, на клеточных уровнях разбираться, прав он там или не прав.
Лучше счесть это за иллюзию, потому как никто там революцию по открытию смысла жизни не произвёл, ходют и ходют миллионы с пятернею в затылке, чешут пателицу- все смыслом жизни интересуются. Не интересовались бы миллионы, кабы все кристально ясно было .

Или вот настроение ты берешь из будущего. Тоже вопрос непростой с этим будущим.
Поговаривают, что будущее это, оно ведь вот, оно только здесь, милое, поговаривают, и существует.
Далай Ламу начинаешь вспоминать, ведь не зря трудился старик, разъяснял всем и каждому относительно невыносимой легкости, если прямо здесь и сейчас жить. Нет никакого будущего, только здесь живи. Наливай.

Иногда хочтся в АА прямо на заседнаие ячейки прийти и сказать от что-то такое. Воодушевляющее. 
И про геном им сообщить и про "здесь и сейчас".
Тем более, чьто там контраргументы приводить нельзя, там у них не дискуссия.
Это как будто шашку достать да и разрубить председательский стол на несколько частей.
И смотреть как председатель сегодняшнего собрания сидит с открытым ртом, стол держит, чтобы он не развалился и не упал на пол, потому что председателю без стола никак нельзя, без стола председатель никакой не председатель, а так. Человек с колокольчиком.
И вот ты такой победно шашку обратно в деревянные, обтянутые кожей ножны всаживаешь, с дощелком, с которым залетает в лузу бильярдный шар, и удаляешься такой. Так же расправив плечи и выпрямив спину.
Пока тебе в эту выпрямленную спину тихонечько не скажет кто-то: "А ведь не побывал ты, Егор, на своём дне ещё. Все ещё у тебя будет".
Ты замираешь на пороге от этих слов, застываешь даже, говоришь "Блять" и, не оборачиваясь, выходишь из этого собрания ячейки АА, злой и потерянный.
Потому что с утра только радовался, как удачно сочинил, что "а ты знаешь, ничо уж не будет". А оно вон как.
Будет ещё все.

А  пока нет, это вот будущее пока не наступило.
Я не пью до пяти, я не пью без канпании, я без особенных каких-то оснований не пью ничего крепкого.
С "основаниями" разрешить вопрос можно следующим образом- если костюм  одеть можно на мероприятие, если не будешь чувствовать себя дураком, то да, это основание. Я вот на презентацию книги ходил в костюме- никакого я вам скажу, дискомфорта. Хотя нельзя не отметить, что на презентации книги компания была уж чень понимающая, и даже все, кстати, тоже в пиджаках.

С часами все вообще просто- их не переведешь, в такие поддавки играть вовсе стыдно.
Но был, был момент, когда заскользили по глине обрыва ноги, как раз после презентации, когда в холодильнике стояло пиво, прям утром, никуда не надо ходить.
Руку только протяни.
Но нет, какая-то часть разума меня удержала, потому что знает эта моя часть- это уже последний окоп, дальше окопов нет. Дальше побежишь в ужасе по выжженой земле, с воем, с криком, а по тебе будет бить пугой какой-то ужасных размеров, циклопических и хохотать, и не попадать, а оглушать только хлопками пуги, и производить в тебе панику, отчаяние и страх оттого, что спрятаться больше негде; но когда попадет, собьет тебя с ног, и больно, блять, собьет, пугой-то, и хорошо, если  успокоится этот бородатый и ужасный великан, похожий на Карабаса Барабаса, только Карабас Барабас сказочный, а этот будет настоящий, так вот он скорее всего успокоится, потому что если попасть по тебе, неподвижному, пугой ещё- то может испортиться тряпичная эта кукла Карабаса Барабаса, а с чем ему после развлекаться?
Пусть, пускай ещё встанет, пусть ещё побегает.
Потом. Как отлежится. 
Ведь и в этот раз он, похоже, ещё выберется.
Потом.
Добьем.
Когда совсем уж ни на что не будет годен.

Будет , Егор, будет у тебя все ещё.
Не сомневайся.
поет *А знаешь, все ещё будет*

(no subject)

Говорят, в городе Нью-Йорке есть большая плита черного гранита, а под плитой этой надпись: "Если вдруг появится алкоголик, который научится пить умерено, то мы разместим здесь его фотографию". И дата стоит. 1964 год. И подпись стоит, всё, как полагается, подпись такая: "Общество анонимных алкоголиков".

Вы знаете, у меня вообще неистребимая какая-то детская склонность быть оригинальным и неповторимым, а тут я ещё такая доска почёта, такое уважение, я даже когда "Соней" на Драгомиловском рынке торговал, такого уважения у меня не было, мне кажется. Это же в самом городе Нью-Йорке, да на главной площади, поди, ну разве же не закружится голова, разве не захватит дух?
Мне кажется, тут вообще так должно маняще быть, что если даж человек не алкаш, он должен алкашем сначала сделаться, а потом всячески на доску эту черного гранита стремиться, то есть вот прямо вы, кто читает, вы мотайте на ус-то, это ведь каждому доступно, господа и дамы, каждому. Я имею такое мнение, что стать алкоголиком ни кого боженька шанса не лишал в жизни, нужно просто попить лет пятнадцать, ну для самых крепких- двадцать, и все, будешь самый настоящий алкаш, махровый, теперь дорога на доску тебе открыта.
Так или иначе водка съест любого, тут главное заняться.
Все эти разговоры о "больных" и каких-то особенных людях, которые вот могут стать алкоголиками, а другие не могут, по моему личному глубокому убеждению- хуйня. Это вот точно также можно утверждать, что героиновыми наркоманами тоже становятся только больные люди, мне кажется там очень сходные аналогии.

Это такая форма себяжаления. Я больной и несчастный, а самое главное- я особенный. Ты не можешь вот стать алкоголиком, а я вот могу. Не повезло. Мне.

Костичька, я когда хотел писать тебе этот пост, я хотел написать именно о том, как мне жаль. Как мне жаль себя.
Я хотел даже написать, что древние были правы, земля стоит на трёх китах, только древние имели ввиду землю, на которой может в свою очередь стоять человек.
И киты эти- семья, работа и деньги.
Если китов у человека два, то ничего, можно стоять и на двух, да даже на одном можно стоять, склизко, правд, неудобно, на трох китах, конечно же, устойчивее, но можно и на одном. Догадываешься уже, Коста, что я хотел тебе сказать дальше да?
Я хотел расплакаться от жалости к себе и комкая платок сказать, что у меня нет ни одного, ни одного такого кита, Коста, мне не на чем стоять. Потом я вовсе хотел писать неинтересно, я хотел рассказать тебе о том, как я хотел быть писателем, страстно, жгуче хотел, до хруста в зубах хотел, ничего больше я так не хотел в жизни, кажется, но как же нелепо быть писателем в окружающем мире, когда читателей сейчас едва-едва хватает на Пелевина и Быкова, на первого потому что он гений, на второго, потому что он еврей с потрясающей просто памятью и не менее потрясающей какой-то гиперактивностью. Им, им уже сейчас не хватает читателей, а ведь это люди, которые появились как писатели лет ну двадцать назад. После них я уже не помню таких глыб, и дело скорее всего не в том, что я так плохо слежу за писательским миром, дело в том, что действительно людей, которые бы занимались бы писательством профессионально, людей, которые зарабатывали бы писательством- а это и есть профессионализм, ну вот такое определение у профессионализма, только если ты этим зарабатываешь- ты профессионально занимаешься этим, только тогда ты профессионал, так вот таких людей, как мне кажется, почти и нет.

Я хотел написать тебе, Коста, такое письмо, но потом протрезвел, причем я только в АА понял, что для того, чтобы протрезветь, мне требуется никак не меньше суток ничего не пить, а скорее двое- трое, потому что алкоголь- это депрессант, алкоголь сжирает радость от жизни у меня просто колоссально, я этого никогда не замечал, но это вот так и никак иначе. Да, мир иллюзий, в который алкоголь перемещает, он кажется искристым и блестящим, но это макет радостного мира, в нём может быть навалом дождика, конфетти и иллюминации, но никакой радости от жизни в этом нет, "алкоголь это депрессант", наколол я у себя на кистях рук, единственный смысл наколок я вижу только в этом, кстати, чтобы не забывать, и мне кажется все эти партаки блатных имеют только такой смысл- либо не забывать кто перед тобой, либо не забывать, кто ты есть.
Но что-то меня уносит течением река мысли, давай я буду цепляться за траву берегов, Коста, я протрезвел и вспомнил, что мне рассказывали на АА- водка тебя делает слабым, очень слабым потому, что ничего, кроме себяжаления больше не занимает твой ум. Все вытесняется этим, места больше не остается ни на что, только переживать о том, как несправедлив мир оказался именно к тебе, у каждого своя форма всего этого, кто-то считает, что его недолюбили в детстве и все, разливается озеро жалости к себе и он не может испытывать счастья от жизни, умнейший человек, а вот нашел же, как стать несчастливым, нашел свою особенность, нашел, от чего; впрочем, дайте я опять за траву схвачусь, так вот, когда ты пьешь постоянно, то есть не трезвеешь, жалость к себе точно также делает разливы и именно этим продиктована была необходимость написать тебе пост.
Написать о том, как несправедлива ко мне судьба, написать о том, что я, у которого нет китов , на которых можно стоять, должен иметь в жизни хотя бы приз, хотя бы маленький, но еженедельный приз, алучше вовсе ежедневный приз, понимаешь, Коста?
Это только жалость к себе, это ничто другое, какое тебе нахуй приз, Егор, у тебя прекрасная дочь (так я уже думал, когда протрезвел), ты живешь в двухкомнатной квартире под крышей неба и с теннисным столом в зале, ты, сука, ты живешь так, как ты хочешь, ты не ходишь ни на какую работу каждый день, у тебя не болит голова ни о каких кредитах, что огромное счастье уже само по себе, любовь? Я на секунду тут остановился и шото мне показалось, чьто даже этим бог, которого нет, меня не обидел, просто не хочу уноситься снова, нужно цепляться за траву, дай вообще руку, Коста, так вот, я хотел тебе даже написать красиво:
"Это все ложь, что кому много дано, с того многое и спросится. На самом деле тот, кому много дано, спросит с себя в итоге сам, он сам себя разъест мыслью о том, что как же можно было все, что дано проебать, никого спрашивающего не нужно, никто не будет спрашивать",
но хорошо, что я не написал, потому что это моя водка во мне жаловалась на мою судьбу, а не я. Надо посмотреть, осталось ли у меня место на кистях рук, под "водка- депрессант" дописать "водка делает тебя несчастливым" , впрочем не одно ли это тоже, вот только сейчас озарило? Кажется, и не надо ничего дописывать.
Знаешь, Костя, некоторые вещи у меня выцвели, они еле-еле видны. То есть о том, что "нельзя жалеть себя" оно же записано было с детства, родителями, хорошими книгами, прекрасными фильмами, оно было записано тогда, но выцвело прежде, чем я успел это понять. То есть каждый раз, когда я слышал это заново, а ведь слышал не раз, я сверялся по конспектам с уже пройдённым и махал рукой- а, это я уже знаю. Может быть , конечно, и знал. Но никогда не понимал.
Короче, Коста, я не напишу тебе тот свой пост, ты уже наверно это понял. Прости, снова не вышло ничего тебе написать. Но я постараюсь в будущем, я обязательно постараюсь.
А моя борьба в разгаре.
Я наверно все-таки очень люблю всевозможные доски почета, это откуда-то с советского союза, такое внушение, что висеть на доске почета хорошо, туда нужно стремиться. Ну, а уж теперь, когда я знаю, что в самом городе Нью- Йорке уже столько лет пустует место на доске черного гранита, у меня же есть чем жить, ёпт!
Нужно, правда, сказать, что как-то я смотрел передачу " В мире животных" и в этой передаче из пасти питона достали варана, так вот я сейчас такой же варан, а мой питон недовольный пятится, морда у него злая, голод его силён и не удовлетворен, то есть я, как уже указывал выше, снова протрезвел и впереди у меня, как говорил один Клалалакин, сейчас минуты просветления.
Не надо баловаться с этими ограничениями до 17 часов, я не знаю, у кого там так получается бухать, не у меня. Я все равно себя рано и поздно наебу, к примеру уже была такая мысль- а вот если я вовсе спать не лягу, это как будет считаться?
А это будет считаться, Егор, так, что свезут тебя в больницу буквально на следующий день, ну или через. И никак по-другому считаться это не будет.
Все на АА, дорогие друзья. Как наверно понятно из поста, на АА можно узнать много всего нового.
Ну или вот то выцветшее, что у вас есть, его по другому прочитать.
Прочитать так, чтобы потом наколоть на кисти рук.
Tags:

(no subject)

Нас толкнули мы упали, нас подняли, мы пошли (с)

Падать всегда легче, чем ходить, спросить у любого ребенка. У любого пьяного можете спросить, это даже вернее.
Моё грехопадение происходит стремительно, но пока я могу писать сюда- знайте... А впрочем ничего не знайте, пока я могу сюда писать, я буду сюда писать.

Хотите, я вам расскажу, как это, не пить до пяти?
Нет, не так.
Хотите я вам расскажу, как это -не пить до пяти, если проснулся с бодуна?
Да и это даже не верно.
Хотите я вам расскажу как это, не пить до пяти, если проснулся с бодуна и дел никаких особенно нет?
На роботах в коньоне тебя никто не ждёт, дети малые не тянут с кровати "тятя, тятя, мы не ели ничего два дня", за руль не нужно, потому что у тебя и прав никаких таких нет, собственно, садиться за руль, что там ещё, да, мать -старушка не плачет от горя, старик -отец не седеет от безутешности о сыне.

Так вот я могу рассказать.
Сначала, с самого утра (а я очень. Очень люблю просыпаться с самого утра. Это, кстати, тоже меня губит), итак с самого утра к моей постели подходит ласковый бык. Трогательно подгибает передние ноги, ложится на постель.
Лижет в щеку.
Пойдём? Говорит.
В ответ я ему говорю, что я не пью до пяти, бык. Бычара. Треплю его под подбородком за бороду.
Забыл?
Забыл. Бык кладет голову на передние лапы.
- А можт, все-таки, пойдём? - Бык утыкается мне мокрым носом в щеку. Нос холодный и приятный. Да и сам бык, надо сказать, хорош. Красивый и мощный. Сильный и грациозный.  -А?
- Нет, бычара,- отворачиваюсь я от него. - Никуда мы не пойдем. Я буду сейчас лежать, закрыв глаза до восьми, до девяти, до десяти. Я буду лежать закрыв глаза, пока хватит сил. Потому что до пяти ещё столько времени, оооооо, сколько ещё времени до пяти. В общем, бык, ты от меня отъебись и давай оставим этот разговор. Это вопрос решенный. Мы никуда не пойдём.

Бык горестно вздыхает, я слышу, как он сползает с кровати, как он тяжело топает по моей комнате, как он чешет спину о косяк двери, как он ходит, ходит, ходит... Ходит, а потом я внезапно слышу тяжелый, гулкий, раскатистый гудящими пружинами удар чем то о кровать.
Это бык ударился головой. Я поворачиваюсь к нему.
Бык стоит у спинки кровати, в которую только что стукнул.
Он уже немножечько зол. Не так, чтобы очень. Но нет уже мимимшности, нет нежности. Которая была с самого утра.
- Надо, -говорит бык.- Идти. Вставай.
Я наклоняю голову вбок.
- Ты,- говорю,- охуел, может быть? Ты, может быть забыл, кто из нас главный? Ты забыл , может быть, что только кажешься мне? Что ты только внутри меня, ты может быть забыл? Э?
Бык стоит и раздувает ноздри. Красивый и мощный. Сильный и грациозный.
- Пошел отсюда нахуй,- говорю я ему. - Ещё раз вмажешься по кровати своей нелепой головой....
Я не знаю, что будет, если бык ещё раз ударит по кровати, поэтому замолкаю, поворачиваюсь, укутываюсь в одеяло с головой и лежу.
И бык не знает, что будет, если он ударит по кровати. Даже нет, не так. Он знает, что я этого не знаю.
И я слышу снова удар. Снова гудят пружины. Ещё удар. Ещё.
Тогда я встаю, беру быка за рога, волоку его, разгоняюсь с ним вместе, и вместе же с ним валюсь в ванную, прямо на него. В ванной я включаю душ, закрепляю палку душа сверху, сам ложусь на присмиревшего быка и лежу на нем. Я слышу, как раздуваются, успокаиваясь, бока быка.
Бык затихает. В душе бык почему то становится тихим и спокойным. Я лежу на быке, сверху на меня льётся вода.
Так я могу пролежать полчаса. Сорок минут. Сорок пять.
Но я не могу лежать в душе весь день до пяти.
Хотя бы потому, что бык подо мной минут через двадцать начинает шевелиться, сбрасывает меня в ванную, переваливается через борт и куда-то вообще уходит.
Я не могу лежать в душе больше часа, я закрываю краны, я даже не вытераюсь, дома ещё по сентябрьски, но тепло, я выхожу. Я иду на кухню, я не смотрю на часы. Я знаю, что ещё очень рано.
Я что-то ем, что-то делаю, что-то читаю, что-то смотрю, в это время идёт время, я знаю это.
Бык ходит за мной неотвязно, время от времени он уже молча, без разговоров, толкает меня рогами. Толкает неудовлетворенно, как толкают плечем гопники на улице, чтобы доебаться.
Я не обращаю внимания.
Я знаю, что в один из таких дней бык меня поднимет на рога и ударит о землю, ударит больно и, скорее всего, даже сломает что-то во мне.
По другому не может быть.
Все те, кто пьют годами знают, чьто их ждет однажды, если не опохмелился.
Но я так же знаю, что этот момент, когда бык рогами пробьёт сначала мою плоть, зацепится за что-то, наверно за ребра, поднимет в воздух, потом опустит с размаху, потом будет топтаться по мне в бешенстве, пока не затопчет насовсем- этот момент ещё не настал.
Ну я чувствую.
Чувствую, что я ещё могу совладать с быком.
Или нет, что я опять вру.
Бык ещё просто не настолько бешенный.
Чувствую я.
Нет ещё в нём той ярости. Той силы.
Хотя когда я слышу, что воздух где-то за мной вылетает со слишком уж горячим свистом из ноздрей, я беру быка за рога, валю его на земь, подтаскиваю к краю ванны, засовываю голову его в ванную, включаю воду и держу его там, пока он не затихнет.
Я сильный.
Я ещё могу.
Тут есть хороший вопрос- сколько?
Сколько я ещё так буду мочь с быком?
Пока могу. И я не знаю- сколько.
Дело ещё наверно в том, что  бык знает- в пять часов я всё таки пойду.
И потому он ещё не так зол.
Да, скорее всего именно так.
Ну а в пять часов...
В пять часов я сам пихаю быка в бок и говорю ему: "Пойдём".

Вы знаете, вот здесь вот, вот сейчас, дальше я планировал текст про то, как важно для мужчины побеждать.
И что некоторые считают вот эту вот борьбу, борьбу с быком, и победу в ней- чем-то важным.
То есть в отсутствии других побед, побед в той конкурентной борьбе, из которой состоит мир мужчин.
Эта победа, она представляется чем-то ценным, чем-то, чем можно гордиться в жизни.
Чем-то, чем можно наполнить жизнь.

Но мой бог мне подсказывает, что я итак тут уже понаписывал доебенамат, мой бог мне подсказывает, что сегодня можно будет написать ещё один пост про АА, потому что времени- боже мой сколько у меня ещё до пяти времени!
До пяти времени у меня ещё просто кошмар.
Впрочем, может быть, сегодня я не буду будить быка.
Хватит того, что мы валяли друг друга позавчера.
Ну и да.
Все на АА, граждане, не забываем, что я и жив то, скорее всего ещё исключительно потому, что есть АА!
Tags:

(no subject)








Самуил Яковлевич Паниковский был человеком без паспорта, я - человек без приза.
Пояснять тут вроде бе особенно нечего, но в двух словах расскажу- синьку я почитаю за приз гораздо больше, чем что-
либо ещё.
Удовлетворение от сделанной работы, радость от общения, значок или грамота, прекрасный ужин, что там ещё- нет. Это все не призы. Даже деньги, уж, казалось бы, какой красивый приз- но нет, господа и дамы, деньги, на которые нельзя купить бухахашечьку- это никакой не приз. Так. Баловство. Пустышка. Необходимость. 

Итак, начну несколько издалека.
В большой книге Анонимных Алкоголиков есть такая запись, что мы, мол, никому не ставим диагнозов.
Впрочем вот сама цитата, чтобы ничего не переврать:

"Мы не хотим ни на кого наклеивать ярлык алкоголика. Предлагаем вам самим поставить себе диагноз. Зайдите в ближайший бар и попробуйте начать пить, а потом резко прекратить. Проделайте это несколько раз. Через какое-то время вы сможете решить, насколько вы честны с собой. Не исключено, что полное осознание вашего положения вызовет у вас нервную дрожь."

Эти простые, но вместе с тем великие слова, я заметил едва ли не тогда, когда ещё только стал становиться Анонимным Алкоголиком.
Очень эти слова мне пришлись по сердцу.
Я подумал так, что если мне когда то надоест быть алкоголиком- я пойду и проверюсь, легкий же метод.

И однажды, я точно помню когда это было, это было действительно по сильному поводу- у одного моего ну очень хорошего знакомого* родилась дочь. Было это, кажется, 24 июля.

Я долго торговался сам с собой, стоит ли вот прям сегодня по этому весомому поводу врюхиваться в эксперимент, так любезно предложенный книгой АА, я прекрасно понимал всю тяжесть, которая ляжет на меня, если я захочу выпить ещё и я прекрасно знал, что обязательно, обязательно выпить ещё захочу.

Но там же ясно написано- несколько раз. Зайдите и выпейте несколько раз . А потом делайте выводы.
Будущее представилось радужным и невесомым. И я решился.

Надо сказать, что руководство по постановке себе диагноза я прочитал внимательно, потому действительно договорился с самим собой на три рюмочьки коньяку. Рюмочьки эти оказались, правда, по сто грамм, но с этим я уж ничего поделать не мог, банковал не я, какие уж есть рюмочки, такие и есть.

Выпил я тогда, выпил , в соответствии суказаниями товарища капитана рейда , через пару дней, выпил ещё потом, третий раз.
И вы знаете- нет.
Никакой такой нервной дрожи у меня не было.
Совсем.
Я спокойно прерывался после своих трёх рюмок, никакого такого прям вдохновенного желания пить дальше у меня не происходило, я ложился спать, на следующий день я спокойно занимался остлальными делами.
Про себя я, конечно же, ликовал.
Выкуси, ликовал я.
Никакой я не алкоголик. Хочу пью, хочу не пью.
Так я ликовал ещё почти весь август, после эксперимента я снова кран перекрыл и не пил- иначе что же это за эксперимент за такой, если я три раза выпил, а потом снова начал?

В конце августа я позволил себе немножечько пива- господи, какое ликование, какой включается мотор, если ты знаешь, что можно будет выпить! Колоссальный двигатель, сто коней, никак не меньше! На ровном месте, это очень похоже на гормональные выбросы, которые приключаются, если влюбился, там тоже мир вокруг не меняется ни на иоту, меняется только твоё отношение к этому миру, появляются силы летать, силы восторгаться, силы удивляться каждому пережитому мгновению.
Вообще жаль, что я не поэт. Был бы поэт, вы бы поняли, что любовь это вовсе не то единственное, чему можно посвящать стихи.
Чувство того, что можно будет выпить, чувство того, что вот-вот и ты снова будешь бухать переполняет счастьем, оно огромно, оно всеобъемлюще. Я даже рискну предположить, что у людей в 35+ оно даже круче, чем знаменитая любовь, в 35+ уже не работают так механизмы подачи гормонов, да и много сдерживает предыдущий негативный опыт, здесь предыдущий опыт, всё это липкое безумие страшных постзапойных ночей- все это куда -то девается, уходит в тень огромного яркого солнца предстоящего опьянения.
Это огромная иллюзия надвигающегося приза, но она есть, она совершенно точно есть, мне совершенно необходимо разобраться в ценностью того приза- а что это я такое приобретаю во время своего опьянения? Это самый главный сейчас вопрос, в котором мне нужно разобраться, но не сейчас, сейчас я закончу свой рассказ.

Итак, после стали появляться поводы. Пока ещё только пиво. Уже начинался сентябрь, я выпил снова, с друзяками, с которыми хотелось делать кино- ну как это обсуждать наше кино и не пить! Потом рассорился с продюссером, а уже дома когда он ещё что-то обидное говорил мне вслед смсками по вайберу, я на миг остановился и написал ему: "Знаешь что, Андрей. Я тут имею проблему со зверем гораздо круче тебя".
То есть я все понимал и все знал. Я четко видел быка алкоголя с налитыми кровью глазами, который пока на привязи, но который вот вот с этой привязи сорвется.
Я понимал, что пиздую ровно к пропасти, из которой выбирался какими-то чудесными усилиями и дразню сейчас такого быка, по сравнению с которым Андрей мальчик. Мальчик у армян.
Осознание этого не помешало мне выпиь ещё раз после сдачи экзамена, выпить широко, ну экзамен же сдал, как никак, сердце студента не может сдержаться и так далее.
После этого я попил вечером пива.
А после этого я попил пива и на следующий вечер ещё.
Я чувствовал, как отдаю завоёванные территории, как оставляю окоп за окопом в этой войне- а то, что эта война, у меня нет ну никаких сомнений. Я чувствовал, что враг выбивает меня легко, как Красную Армию в 1941 году, вышибает ото всюду.
Выдавливает. Обращает в бегство.
Теперь я засел в последних дотах перед тем, как настанет очередной промежуточный конец и я снова очнусь где-то посреди запоя- я договорился с самим собой, что я не буду пить раньше 17 часов ни при каких условиях, не буду пить ничего крепкого в одиночестве и буду пить только в случаях, когда будет очень уж весомый повод.
В первую очередь меня выбьют из "поводов", я знаю это. Нет ничего легче, чем придумать весомый повод для того, чтоы побухать. 
Колесо покатилось уже в обратную сторону, раздавит только меня на этот раз колесо или снова только трохи помнёт- ну увидим.
Конечно, есть небольшая такая вероятность того, что случится чудо и хотя бы полгода, к примеру, я действительно буду сидеть в этой своей Брестской Крепости- действительно пить только после 17 и действительно никогда не пить ничего крепкого одному. Такое тоже может случиться в благоприятных условиях. 
Я в это пока верю всеми силами, но стоит, стоит перед глазами Настя Барановская, нарколог и девочька, которую я знаю уже лет 20ть.
- Знаешь,- сказала мне однажды Настя. -Алкоголик, который возвращается к потреблению, очень скоро вернется к своему прежнему уровню бухак. А чаще перейдет его.
Жаль, что название "Майн кампф" уже занято, кстати.
Мне кажется, очень бы подошло к моим заметкам.
Ну и ещё одно- у меня никак не вырастал текст, не было вообще никакого мотива писать все это в мои посты про АА.
То есть выходило так, что все это было зря и никакие АА никому- то особенно и не помогают.
Даже когда я садился сегодня за него, за этот текст- не было.
И только когда я уже писал все это я понял- те полгода, что я не пил, были одним из самых прекрасных периодов моей жизни лет начиная с двадцати пяти. И случились они во многом благодаря Анонимусам.
Как то я так это все трагично представил, кабутабы уже собрался класться в гроб. Нет, не собрался.
Все на АА, несмотря ни на что.
Да и я наверно схожу, может быть это скольжение на краю пропасти хотя бы замедлится, если не остановится вообще.












































Tags:

(no subject)

Если вы не купили ещё нубук- купите.
Купите и поймёте, как нубук меняет жись к лушшему.
Моя старая ЭВМ страдает брошенкой уже второй месяц, но что делать, что я нашел более молодую? Даже не то, чтобы более молодую, я нашел ту, которая сделала меня много свободнее.
Кстати о бабах ещё- когда стоял на вокзале и курил перед отправкой, в вагон садилась женщина в штанишках с завышенной талией. И только тогда до меня дошло- а ведь женщины, которые носят такие штанишьки- они ведь кажется, думают, что этими штанишками удлиняют себе ноги.
Как по мне, так это они себе удлинняют жопу.
Если же смотреть спереди, то там совсем другая аналитика, но тоже безрадосная- женщины с завышенной талией создают впечатление, что им просто необходим какой-то невероятно длинный член для любовных утех. Любой другой член женщинамами с завышенной талией отбраковывается при осмотре.
А у меня, признаться, длинного члена нет. Потому ещё я к таким женщинам априори отношусь как к "чужим".
В общем мы едем-едем-едем, я трезвый-трезвый-трезвый и это со мной в поезде дальнего следования, кажется, вообще впервые. Тут надо бы пост про АА тиснуть, но нет у меня такого поста, я просто трезвый и я чувствую, как отпускает меня демон алкоголя по трошечьки, вряд ли я придумал это, хотя кто же может исключить?
Но мне просто не хочется бухнуть.
Да, я помню, что в поезде полагается выпивать и закусывать, и вести беседы, в основном задушевные, с попутчиками, и задумчиво курить, глядя в ночь, которая проносится мимо и пьяно думать, что точно вот также проноситься жизнь, потом полагается ещё выпить совсем уж напоследок и завалиться спать, чтобы завтра проснуться ещё полупьяным в Москве или Санкт- Петербурге и взять на вокзале пива и ощутить, как пиво это расходится по всем жилам, по каждому уголку твоего организма, и взбодриться, и сказать "эх!" и пойти такому уже бодрому навстречу приключениям нового большого города.
Но как-то знаете, я может быть уже скушный и старый, но мне почему-то кажется, что такого у меня уж не будет. Да что там кажется, я знаю наверняка, что на перронах чужих городов меня будет преследовать мысль о том, что пьяный неправ, неправ всегда и что любой мент может с пьяным сделать вообще что угодно. И я буду бояться ментов.
Что проснусь я завтра с унылым настроением и даже пиво мне это настроение особенно не выправит, мне нужно будет всадить для выправления настроений граммов 150-200 (лучше, конечно, 200) водки или коньяка. Я знаю, что до того момента всё будет мне не мило- и вокзал этот Санкт- Петербужский гразный, и сумка эта моя неподъёмная в сорок кило, и вообще я в городе уже раза три или четыре был, а Марго- ну что Марго? Она все равно ещё маленькая и ничего не запомнит, зачем? Зачем вся эта поездка вообше, а сколько тягот и лишений впереди? Ооооо...
Будет приблизительно так, иллюзия моего мира сначала качнётся в условный позитив- хотя и никаких задушевных бесед с тётками, которые сейчас прямо едут внизу подо мной, мне кажется, не состоится- это не надо ни мне не им. Просто после бухахашечки я впаду в какое-то удовлетворение самим собой, мысли мои потекут по белым коридорам, стану я думать о том, что не так всё, если разобраться, и плохо. И уважают меня многие, и деньги будут из прям воздуха, да-да, так бывает, вот не было у человека денег, а потом он стал охуеть какой- богатый, известный и признанный, я про это люблю пьяный думать больше всего. Больше всего в этих мыслях позитива.
А потом за этот позитив я утром стану рассчитываться негативом- причем как мне представляется, если раньше курс был сильно в мою сторону, то сейчас я при обмене чото стал проигрывать, не нравится мне уже эта торговля, вот совсем. Надо почитать про вещества-союзники, наверно мой союзник водка уже больше не союзник, а кто-то другой. "Вещество- бывшая" какая-то, я бы теперь водку назвал так, причем бывшая в самом плохом смысле, знаете, когда бывшая не находит себе долго пару и ебет, ебет, ебет бесконечно мозги тебе, потому что больше мозги ебать ей совершенно некому, в общем если кто читал про "вещества -союзники", посоветуйте материал, а нет, так сам найду в этом вашем интернете- в нём теперь все есть.

Всем кто подошел заново- привет.
Рад всех видеть.
Если ещё говорить об вас, а не обо мне- то спонсорам нашей с Марго поездки в Санкт- Петербург, куда нас сейчас и мчит поезд -отдельный ниски поклон.
Спонсорами являются временный олегарх Клалафудский и Коста Хренн- это олигарх постоянный, наверно поэтому он мне деньги одолжил(правда бессрочно), а Клалалакен подарил.
Ну и традиционно- все на АА.
Там вы поймёте, что бухать- это тяжелый, изнурительный и где-то лет после тридцати уже ненужный труд.
Никаких коммуникаций (особенно с людьми противоположного пола) в этом возрасте алкоголь уже не налаживает- а многие пьют именно для этого, я спрашивал.
Да я и сам так думал.
Нет.
Я спокойно общаюсь с незнакомыми людьми противоположного пола безо всякого алкоголя.
Безо всякого, правда, и секса пока.
Но во -первых, это пока.
А во -вторых, пьяный секс хорош был в 25-30ть.
Сейчас уже это что-то ненужное. А может быть даже и позорное.
Еу.
Tags:

(no subject)

Всего какие-то месяцы мне потребовались когда -то в детстве, чьтобы понять, чьто такое время. Что время- есть.
А теперь вот уж лет пятнадцать я знаю головой, что никакого времени вовсе и нет, но развидеть это явление не в состоянии.
Понять, что только вот он, момент жизни, только тут.
Что я нахожусь на гребне волны, которая катится по океану. Катится и катится себе, чтобы однажды упасть на берег. То есть в голове такого понимания сколько угодно. Но мыслей моих, посвящённых несуществующему вчера и озабоченных не менее несуществующим завтра- процентов наверно девяносто от всей совокупности моих мыслей.
Сейчас, к примеру, мне выпало такое затишье, такой штиль, которых не было давно.
Есть деньги, на пару недель- но есть.
Нет никаких взаимоотношений или проблем, которыми нужно грузиться.
Нет дел. Ну то есть вообще никаких нет: писать роман не нужно, пока не издадут то, что уже написано.
Писать сценарии не нужно, пока проект не подписали на следующий год.
Ходить на работу маляра не нужно. Потому что...
Впрочем об этом "потому что..." можно и поговорить. Тем более я обещал кое-кому рассказать про работу маляра.

Так вот, лично для меня хуже всего в работе маляра- это луч солнца. Луч солнца в работе маляра- это самый главный мой отравитель жизни.
Потому что когда запыляешь с пулеверизатора металлоконструкцию, даже раскорячившись на высоте, с которой если скувырнуться, гарантированно себе что-то сломаешь, это стрёмно, но терпимо. Это терпимо уже хотя бы потому, что не думаешь ежеминутно о том, что запросто можно с этой красоты пиздануться. КОгда находишься на высоте маляром, происходит тот случай, когда "моешь чашку, думаешь о чашке". На высоте у тебя на самом деле никакой высоты и нет, на высоте у тебя все на расстоянии метра, перед глазами- вот здесь пропустил, вот здесь краска потекла, вот здесь я из этой точки не достану, а вот тут уж нужно постараться, потому что потом нужно будет снова забираться вверх и искать точку, с которой можно достать. А снова забираться наверх- это тяжкий труд.
На высоте занят покраской.
Но вот если рядом с тобой где-то пробился луч солнца...
И ты в него, в этот солнечный луч внимательно посмотрел, когда закончил распылять краску...
Вот тогда мне становится нехорошо. Именно тогда я понимаю, какой пиздец сейчас творится в моих лёгких.
В луче солнца все эти мелкие частицы краски- они как будто живые, переливаются и весело шевелят короткими нитями, они даже подмигивают, кажется, тебе из луча солнца- жги, Егор! Жги без остановки, давай, попыли -ка ещё, говорят они. А потом вдохни нас, вдохни все, без остатка.
Респиратор, который мне выдали "респиратором" называется по какому- то недоразумению. Это просто причудливо изогнутый кусочек картона, который ровным счетом никаких частиц краски не задерживает, да и дышать именно через него, через этот кусочек, кажется, нет никакой возможности. Забор воздуха происходит из щелей, которые щедро остаются после прилегания респиратора к лицу.
Я сказал приблизительно все тоже самое вслух, на что пескоструйщик Руслан, маленький армянин совершенно неопределенного возраста, сказал:
- Все верно. На настоящем респираторе у тебя будут оставаться после работы перед носом пятна краски. Которую он остановил. На этом нихуя не остается.
Ни для кого не секрет, что на стройке разговаривают матом.

Кроме пескоструйщика Руслана в бригаде есть Саша и ещё трое маляров пожиже, о которых я вспомнить ничего и не могу. Но вот Саша во второй день работы провернул такую штуку- на высоте метров 25-30 забрался между двумя балками, изогнулся, затем повис на одной руке и запылил из пулевирезатора технический люк, ведущий из пятого цеха киностудии "Беларусфильм" куда -то в небо.
Я стоял снизу и смотрел на это -безо всяких преувеличений- раскрыв рот. Я давно не сталкивался с таким пренебрежением к смерти, которая слева и справа на расстоянии шага, никаких страховок у Саши не было. В цирке мне уже не будет интересно, такого накала в цирке совершенно точно я нет. Тем более, что я пошел потом туда, где проворачивал свои трюки Саша, и просто постоял на балке, с которой он переходил на балку повыше. Просто постоял с пустыми руками, без шлангов и пуливеризаторов. Какой-то был, знаете, дискомфорт.

Бригада маляров, куда я попал, не бухаке. По крайней мере на работе. Мы делим вагончик с другой бригадой (монтажников), у которой в рационе завтрака всегда присутствует бутылка водки. Предложили и мне- люди там все больше радушные. Я отказался. Про АА распространяться не стал. Мне кажется я итак там представляю собой что-то достаточно инородное, зачем говорить лишнее. Я что-то вроде "студента", "студентов" там вообще любят. Бригадир смежной бригады Володя после завтрака говорит Павлику, "студенту" строительного ПТУ, который работает второй день.
- У нас, -говорит Володя.- Дружная бригада. Такая,- говорит Володя, -дружная, что мы ебем друг друга в жопы.
- Это как так?- усомнился Павлик.
- Так очень просто,- Володя встал, снял штаны и повернулся к Павлику жопою в трусах. Немного наклонился.- Сегодня ты меня. А завтра я тебя. Ну?
Павлик тоже позавтракал с водкой, потому особенных психологических травм у Павлика, вроде бы, и нет.
- А ну как я тебя сегодня выебу,- отвечает Павлик.- А завтра не приду?
Весь вагончик ржет.
С шуткой, так сказать, по жизни.
Шутим, как умеем.

Так вот маляром мне не нужно больше ходить, потому что пока не подписан авансовый платеж, ещё неделю его и не будут подпишут точно, и потому пожарозащитной краски не предвидится. Да и вообще труд маляра очень чижолый, как по мне. А ещё этот луч солнца... В общем я сомневаюсь, что вернуь туда работать вообще.

И сейчас, казалось бы, лежи и наслаждайся моментом, непрерывным моментом, который и есть твоя жизнь- но нет. Я все время о чем -то думаю, и думаю постоянно о чем-то ненастоящем, то о прошлом, то о будущем. Надо бы провести ксперимент и учитывать- сколько там все-таки выйдет процентов-то от общего моего количества дум? Но это сложно.

Вчера я снова стал писать "перевороты" в АА.
"Переворот", вещь, безусловно, очень полезная. Но о них я расскажу подробнее в следующий раз, главным образом потому, что сам до конца не разобрался ещё, правильно ли вообще их пишу.
Но нарывы я вскрываю уже, даже если и пишу неправильно.
А нарывы, если их не вскрывать- они ведь ведут к гангрене, распаду и смерти.
А я ещё хочу там.
Трошечьки на волне.

П.С. Впрочем нет, про один "переворот" я всё таки обязан рассказать. Это была "улыбка Бога", как не рассказать т.
Вообще "переворот"- это когда ты сначала написал список всех тех, к кому испытывал негодование в жизни. А потом пишешь свои ощущения в тот момент, когда это самое негодование к конкретному человеку испытывал - пишешь в чем был эгоистичен, какие думал гразные мысли, чего боялся и что делал, тоже пишешь.

Так вот, вчера писал я "переворот" про мальчиков, которые когда -то жизни три уже, кажется, назад, сшибали с меня деньги у кинотеатра Берестье. Мне было лет 13-14. Случай позорный и гадкий, но когда пишешь "переворот" разбираешься в том, что испытывал, чего боялся, почему этот случай так глубоко засел на всю жизнь. И становится натурально легче. Кабутабы пару ненужных кирпичей из рюкзака выбросил.
Так вот написал я этот "переворот".
И тут же вчера возвращаюсь я от одного Дмитрия Валентиновича в 22-28, автобусом. Сижу на остановке.
И подходят ко мне, кто бы вы думали? Те же самые мальчики. Они. Как не узнать.
С той, же, совершенно естественно, просьбою, разделить с ними мои сбережения.
Мальчиков снова- как и тогда- было двое, выглядели мальчики уже совсем не так свежо, как в детстве, мальчики сбухались и даже при свете ночных фонарей было видно, что цвет лица их землист, а рожы одуловаты и навсегда уже в этих рожах застыл выпитый за жизнь алкоголь- я не знаю, в генах тут дело или ещё в чем, но по некоторым людям совершенно точно видно- бухарь.
Сначала подошел один и зашла речь о сигарете. Я встал с лавочки, сигарету мне было не жалко. Потом подковылял второй, выглядел он ещё хуже чем первый и из его сбивчевой речи я понял только про "писят копеек". Я с чего-то решил, что он хочет купить у меня ещё сигарету , ну мало ли, не хватает на пачку, протягиваю сигарету и ему.
- Нет, -сказал мальчик.- Нам надо писят копеек на водку, нам не хватает.
Тогда я понял, что стратегии поменялись и теперь, прежде чем обременять прохожего просьбой о деньгах, мальчики сначала с ним знакомятся, заигрывают, вроде как "угостите даму сигаретой". Я засомневался, стоит ли доставать при мальчиках кошелек, но потом посмотрел ещё раз на них и понял, что далеко они убежать не сумеют. Достал кошелек, стал искать мелочь. Нехватать на водку мальчикам тут же стало 75 копеек, я дал рубль. Первый мальчик порывался дать мне сдачу, я отказался. Тогда этот мальчик назвал меня "братишь", поблагодарил и оба они ушли в ночь, пьянство и разгульную жизнь.
Конечно, в самый момент моего благородного и безусловно правильного поступка ни о каких "переворотах" я не вспоминал.
Только потом, когда я шел домой со 116го- я натер мозоль и потому снял кроссовки. Я шел по пыльной дороге внимательно глядя под ноги, чтобы не словить стекло- так вот, я шел и думал о том, что как странно жизнь делает распределения случайных чисел. Только сегодня писал о мальчиках- и на те здрасьте. Они уже тут как тут.

Так что все на АА.
АА явят вам чудо, вот увидите.
Tags:

(no subject)

Десять минут.
Я посчитал в секундах, потом разделил- десять минут мне нужно, чтобы сдержать напор струи из шланга с шампанским, рвущуюся в мозг, которая обещает мне радость и беззаботность, легкость и полную гармонию с окружающей Вселенной.
После этих десяти минут- первых десяти минут застолья- я смотрю на окружающих и понимаю, чьто ничего-то такого я не потерял. Что радость и беззаботность может быть и без этой струи и без этого шланга.
Гармония со Вселенной тоже, если разобраться, никак не зависит от количества промилей в крови. Она что с промилями, что без них, присутствует только эпизодически, для полной святости надо трошечьки поработать. По данным буддистов где-то 10 тысяч часов. Мне кажется, что они недалеки от истины. К слову, я бы и поработал эти 10 000 часов, у меня просто нет годной инструкции, все эти простирания у буддистов, которые ну вот точная же копия христианского битья лбом о пол, меня не устраивают. Я согласен работать для святости исключительно под руководством святого с соответствующим удостоверением, желательно за подписью Бога.
Ну или хотя бы печатью. На лице.

Десять минут- а потом все.
Потом у меня начинается даже приход оттого, что я не выпил, я вам так скажу.
И чем больше алкогольного опьянения у окружающих- тем больше моего прихода.

Женщина Клалалафуды Клалафуде под стать.
Женщине Клалафуды 20 лет от роду, но она уже не ребенок.
Женщина Клалафуды спросила про наши шашлычные колбасы, ливерка ли это?
Потом, когда она уже пробовала гордость белорусских мясокомбинатов на вкус, женщина Клалафуды сказала, что ливерка всё- таки мягче.
Женщина Клалофуды рассказала нам про сатанинские обряды, город Иркутск, откуда она родом и посоветовала мне не меняться с ней сознаниями- т.к. я не выдержу всего того, чьто у ней в голове. В двадцать лет я тоже мнил о своей голове Бог знает чьто. Потом прошло. Теперь в моей голове есть кухня, гостиная, детская, рабочий кабинет, бар, даже курительная комната есть, гомпа, комната отдыха и чердак. Да, на чердак можно заглянуть в поисках чего-то якобы утраченного, но как правило делать там совершенно нечего. В детской, мне, к примеру, куда как светлее и милей.
Женщина Клалафуды пьет всё то же время, что Клалафуда, только много меньше, так как "обратно же все полезет".
И добавляет, иногда глядя на своего мужчину, что завидует Клалафуде. Смешная, право. Вот я искренне не понимаю- ну неужели же нужно обязательно выпить свою цистерну, чтобы не завидовать чужому опьянению? Совершенно искренне должен сказать- за время своей трезвости я не позавидовал ни одному бухому. Да, есть зависть к чужой бутылке пива в жару. Но это зависть совсем не к чужому опьянению, тем более, что нулёвку я себе так и не запретил и, как мне представляется, не запрещу.
Женщина Клалофуды добрая, смешливая и совсем неглупая. Хотя и с какой-то постоянной маской непонятости на лице. Да, женщина Клалафуды Клалофуде под стать.

В компании этих двух прекрасных человек я попал в странный дом отдыха, где здания постройки 1976 года, в туалетах этих зданий на стенах отпечатки сливных бачков, которые в 1976 году были в стиле модерн, только спустя десятки лет люди в СССР подглядели, как можно не дергать за веревочку для слива и придумали себе унитаз, в том числе и в домах отдыха. Но судя по отпечаткам, которые я вижу, в эти места финансирование пришло совсем недавно, на унитазы- совершенно точно.
Там, где живем мы есть огромная красная кнопка на стене с надписью "стоп". Директор этого богоугодного места пояснил, чьто когда ему все надоедает, он нажимает эту красную кнопку и тогда Шуфутинский, который рвется из машин, обрывается на полуслове, полуголые мужчины в беседках застывают с распростертыми в распальцовке пальцами, их женщины прекращают мешать угли для шашлыков и даже угли прекращают давать жар.
Жаль, сказал нам директор, этой кнопкой нельзя злоупотреблять- заметят.
Электричество здесь два на весь наш президентский номер- одно занято под небольшой холодильник, который похож на автомобильный, вторым овладели мы с ноутбуком.

Жизнь Клалофоды с самого утра была пресна и неуклюжа. Клалалакин ходил и курил. Сначала один раз, потом второй, потом третий. Вообще я замечал за собой- иногда не хочется ни курить, ни выпить, ни есть- но делаешь это с каким-то удивительным просто упорством, хотя и отдаешь себе с удивлением отчет- ёбана, а что это я делаю-то? Это же не на турнике подтягиваться, это гробить лёгкие, печень или общее состояние организма. Мне кажется, что во всем виноваты гениальные или хотя бы просто талантливые маркетологи, которые настолько вживили мне в мозг привычку что-то потреблять, что если я этого не делаю- у меня наступает страшный дискомфорт. И это у меня- который с 1999 года выключает звук в телевизоре, когда начинается рекламная пауза. Достают маркетологи меня по другому "дайте, дайте я его прикладом достану" -и суют в бубен, не с той руки, без особенного удобства, без размаха- но суют.

Безрадостная жизнь Клалалакина прекратилась, когда нашлись остатки коньяка, потом тот самый директор, который нажимает на кнопку, выдал Тимохвею ещё запотевшую бутыль, я заметил, что "у тебя сегодня удачный день, Клалалакин", он ответил, что "да, только он уже почти закончился". И был совершенно прав.
Сейчас Клалала спит.
Хоть Клалафуда и воспитанный и интеллигентный ленинградец, но запой со стороны выглядит не очень. Внутри в нём много интереснее, я имею ввиду в запое, но рекомендую посмотреть на это действо со стороны и трезвому. Причем я уверен, что сейчас я вижу вполне себе ещё красивую картину.

АА я пока забросил, у меня тут произошел один эксперимент, о котором я доложу по его окончанию, но дело даже не в этом, дело ещё в том, что я теперь маляр, а никакой не сценарист. То есть работаю я в бригаде промышленных альпинистов, только я по понятным причинам никакой не альпинист, хоть и лазил несколько раз под те купола, под которыми они красят- я с пустыми руками себя там чувствую так, кабутабы меня привели на расстрел, а если мне ещё дать в руки пулеверизатор, я просто незамедлительно оттуда пизданусь, так и не успев покрасить ни одного квадратного метра. Но обо всем этом, в следующий раз. Когда стану снова писать АА, мне кажется. Это будет значить, что уехал Клалалакин и что я более менее вошел влился в ряды маляров.
Tags:

(no subject)

АА - это для тех, кому водка стала Богом.
АА предлагают заместо этого Бога другого. И прелесть Анонимусов в том, что они вроде бы не настаивают на каком-то конкретном- возьмите такого, какой вам нравится.
Но возьмите.
Этого снимайте, давайте- давайте, аккуратненько, это же стекло, побьётся, расплещется, убирай потом осколки, да и запах отвратительный, вот, сняли? А теперь нового давайте, на то же место, и также аккуратно.
Самая главная проблема, как мне представляется, такая, что если Бог Водки был совершенно конкретный и понятный, то этот, которого предлагают Анонимусы- какой то весь расплывчатый, без контуров и четких геометрических линий. Без внутреннего содержания и ясных профитов. И без какой- либо возможности договариваться, вот чьто самое противное.
То есть с Богом Водки договорки простые- ты сходил на работу, родил детей, посадил дерево и построил дом- на тебе Приз, хушь ежедневный, хушь, только по праздникам или в мероприятии под названием "отпуск", это как там у тебя заведено*. Но Приз- он у тебя вот он- каждый день под мышкой. Рядом. И цели ясны и понятны. То есть почти каждый алкоголик играет в такую игру, что цели эти промежуточные и никакие не главные, но если попытаться Бога Водки столкнуть с его места, то всё сразу станет на свои места- никакой промежуточности нет.
Ведь почему алкоголику так страшно слова "навсегда"- кроме этого Приза в его жизни на самом деле ничего больше и нет- и он это прекрасно понимает. Все эти дети, все эти дома и деревья, ради этого не стоит жить, а уж тем более тянуть лямку, состоящую из работа-дом-работа. Алкашу кристально ясно, что и дети вырастут без него, ничего с детьми не сделается, и дом, что он построил, это хуйня, собственно, а не щит от пустотности существования, про деревья и говорить нечего, лично я посадил десяток деревьев и вообще не очень понимаю, как они в списки попали того, что необходимо сделать в жизни.
Каждому алкоголику важен только сам Путь- от выпитого к выпитому, это такие импульсы, которые дают возможность делать шажки по жизни. Водка -это ведь в первую очередь самоуважение, это ведь "все было не зря" и иллюзия какого-то смысла в существовании. Водка- это ведь вообще билет в иллюзорный мир, где всё не так, в общем-то и плохо, где все люди добрые, где "всё пройдёт", где имеются подтверждающие твою значимость события и люди, где деньги это совсем не важно, а важно что-то совсем другое и ты этим другим наполняешься,надо только немножечько выпить, совсем трошечьки, совсем чуть-чуть.
Тут есть соображение такого рода, что мир вообще иллюзорен, просто вместо одной иллюзии, которая человека не очень то устраивает, вместе с Водкой он получает другую, более милую. Об иллюзорности мира,в котором пребываю лично я, можно судить по тому, что те же самые деньги занимают какое-то немыслимое количество моего пространства, отведенного под мысли- и это при всем при том, что я на работу не хожу, квартиру мне снимать не приходится, есть я могу на долларов сто в месяц и ничего со мной не сделается и жены, которая бы изводила меня за отсутствие этих самых денег, у меня нет. То есть зачем мне какие-то Богатства представить сложно, я даже поездки по странам Средиземноморья считаю утомительными и какими-то не совсем нужными. Ну, если устремиться в какой-то предел и меня по странам Средиземноморья станут носить на носилках, то я, конечно же не откажусь, но это нужно иметь какие-то немыслимые, кажется Богатства, чтобы кто-то меня носил на носилках по странам Средиземноморья, то есть чтобы мечтать о таких Богатствах, я должен быть совсем уж дураком, но нет, уверяю вас, я не такой дурак.
Буддисты вообще предполагают что-то странное про иллюзорность мира- якобы мы все сами, коллективно, создаем и небо и землю и озеро Нарочь и даже комаров, которые мне сейчас мешают писать. Я, когда думаю про деньги в очередной раз, даже задумываюсь- а может быть и правы в чем-то буддисты? То есть если я сам себе могу напридумывать столько проблем на совершенно ровном месте, я такой, выходит, мощный Мастер Иллюзий, что если всем дружно какую-то иллюзию думать уже давно, что из этого выйдет? Это же какого можно добиться результата, я вас спрашиваю?
Но пока на то, что мы сами каким-то образом коллективно создаем планету Земля, я пойти не могу, это что-то пока для меня чрезмерно удивительное.
Тут нужно вернуться к первому предложению повествования- АА сует мне какого-то Бога, но это ладно, во -первых Анонимусы парни не очень-то настойчивые, видал я адептов и поназойливей, во- вторых они как бы согласны, чтоб я его представлял себе чем угодно, только не водкой.
Но тут у меня наступает некоторый когнитивный диссонанс- а заводил ли я себе в действительности Бога Водки?
Оно по всему выходит, что да, вроде как и заводил, вот этот вот импульс, который дает мне силы делать шажки по жизни, в сущности от выпивки к выпивке, это все безусловно было.
Но по всем раскладам выходит, что для того, чтобы нормально существовать, мне нужно создавать некую другую иллюзию, в которой мне будет хорошо, в которой будут смыслы не хуже, чем давал Бог Водки.
Это настолько представляется мне каким-то чижолым трудом, что я опять вынужден поднять глаза к небу, где как широко известно, живет отче наш, и спросить- а ты уверен вообще то, что я способен на это? Ну вот в принципе, у меня сил-то на это хватит?
Хоть к буддистам иди, чесслово.
Но у них там тоже какое-то все изгаженное и массовое до невозможности, мантры какие-то поют непрерывно, чтобы вознестись правильно, портреты вождей в Гомпе стоят, заместо икон, а суть всего этого как-то от меня ускальзывает, только какие-то обрывочные сведения порой попадаются. Есть, конечно, Пелевин, но с Пелевиным нужно лично общаться, потому что он уже, как мне кажется, больше деньги зарабатывает, чем толкует, что там Гаутама ввиду имел. Я ему звонил несколько раз-он во-первых трубку не берет, а во -вторых, как это ему объяснить, что я здесь из Анонимных Алкоголиков звоню и у меня есть несколько вопросов, я пока представляю себе очень плохо.
Ну так объяснить, чтобы он в объяснения захотел пуститься.

____
*Хотя когда спиртное превращается в Бога, то путь тут только один- в ежедневность, а там уже как здоровье позволит, психическое или физическое.
Tags: